Определение размера требований обеспеченного кредитора и моратория: судья ВС осветил соответствующую судебную практику

Практика судебной палаты по рассмотрению дел о банкротстве Кассационного хозяйственного суда в составе Верховного Суда направлена, прежде всего, на обеспечение интересов кредиторов в соответствии с целью законодательства о банкротстве – наиболее полное удовлетворение требований кредиторов. В то же время, Верховный Суд при рассмотрении дел о банкротстве придерживается также подхода к обеспечению баланса интересов как должника, так и кредиторов. Об этом заметил судья Большой Палаты Верховного Суда Александр Банасько во время онлайн-консультации на тему «Обеспечение защиты прав и интересов кредиторов в процедурах, определенных КУзПБ, которые применяются к должнику».

Со вступлением в силу 21 октября 2019 года КУзПБ законодатель в ч. 2 ст. 45 настоящего Кодекса конкретизировал порядок определения обеспеченных требований и установил, что кредитор обеспечен только в части стоимости предмета залога. Поэтому, как отметил спикер, КХС ВС в постановлении от 17 июня 2020 года по делу №905/2028/18 указал, что размер требований залогового кредитора, требования которого обеспечены залогом имущества должника, определяются в размере стоимости предмета залога, установленного между кредитором и должником в договоре залога.

Остановился Александр Банасько и на вопросе определения размера требований обеспеченного кредитора к имущественному поручителю, который не является должником в основном обязательстве.

Есть разные подходы к решению этой проблемы. Первый из них основывается на том, что требования кредитора, если иное не оговорено договором, признаются обеспеченными только в размере стоимости предмета залога (ипотеки), определенной между кредитором и должником (имущественным поручителем, не являющимся должником в основном обязательстве) в договоре залога (ипотеки). Однако такой подход является ошибочным, поскольку, в частности, влечет нарушение прав и интересов кредитора в случае продажи залогового (ипотечного) имущества по цене выше той, которая согласована сторонами в договоре залога (ипотеки).

Согласно второму подходу требования кредитора, если иное не оговорено договором, признаются обеспеченными только в размере стоимости предмета залога (ипотеки), согласованной между кредитором и должником (имущественным поручителем, не являющимся должником в основном обязательстве) в договоре залога (ипотеки) , а в другой части требования являются необеспеченными. По словам докладчика, этот подход тоже неверен. Он может привести к нарушению прав и интересов других кредиторов, ведь среди прочего кредитор в этом случае получает возможность удовлетворить заявленные им денежные требования не только за счет залогового имущества должника, но и за счет другого имущества.

Александр Банасько сообщил, что судебная палата по рассмотрению дел о банкротстве КХС ВС придерживается третьего подхода: требования кредитора, если иное не предусмотрено договором, признаются обеспеченными в размере всей суммы заявленных требований к должнику (имущественному поручителю, не являющемуся должником в основном обязательстве ).

«Именно такой подход является самым оптимальным и позволяет полностью минимизировать какие-либо негативные последствия для обеспеченного кредитора. В частности, не будет рисков того, что кредитор не сможет получить разницу, если имущество продадут по более высокой цене, чем определено и согласовано сторонами в договоре залога (ипотеки)», – отметил докладчик. Он также добавил, что требования обеспеченного кредитора независимо от суммы, полученной от реализации этого имущества, погашены в случае реализации предмета залога.

Относительно прекращения моратория судья отметил, что на основе системного анализа ст. 41 КУзПБ судебная палата по рассмотрению дел о банкротстве КХС ВС пришла к выводу, что истечение 170 календарных дней, несомненно, автоматически прекращает действие моратория. Но реализация имущества и удовлетворение обеспеченных требований кредиторов после открытия производства по делу о банкротстве осуществляются только в рамках производства по делу о банкротстве с соблюдением принципов судебного контроля и конкурсного иммунитета и должны быть санкционированы определением суда, в производстве которого находится дело о банкротстве.

Такая позиция отражена в постановлении судебной палаты по рассмотрению дел о банкротстве КХС ВС от 22 сентября 2021 года по делу № 905/1923/15, а также в постановлении ОП ВС от 21 декабря 2022 года по делу № 914 608/20).

С презентацией Александра Банасько можно ознакомиться по ссылке – https://is.gd/x6vVFY.

Мероприятие организовано Министерством юстиции Украины в рамках ежегодного мониторинга внедрения и анализа эффективности принятых законодательных и других нормативно правовых актов в сфере банкротства.