Россия создала род войск из БПЛА: “отряды Судного дня” вошли в центр Rubicon

Российское Минобороны выстроило отдельный род войск вокруг беспилотных систем. Его ядром стал центр Rubicon, в который вошли элитные волонтерские формирования с громкими названиями “Судный день” и “Ночь Судного дня”.

О новом этапе структурной реформы русской армии пишет американский Центр стратегических и интернациональных исследований (CSIS). Как информирует “Волна”, аналитик Екатерина Бондарь описала, как Москва отказалась от чисто бюрократического подхода и поглотила самые успешные инициативы волонтеров. Описание событий – в отчете CSIS от 13 апреля 2026 года.

Центр перспективных беспилотных технологий Rubicon появился в августе 2024 года. Он объединил две функции сразу: боевое подразделение и централизованный учебный хаб с высококвалифицированными инструкторами. Вместо того, чтобы строить все с нуля, Минобороны интегрировало готовые кадры элитных волонтерских отрядов – “Судного дня” и “Ночи Судного дня”.

Эффект на поле боя заметен. Украинские подразделения зафиксировали резкое изменение тактики российских дроневодов: операторам Rubicon удается перехватывать тяжелые дроны-бомбардировщики, а основными целями стали логистика и инфраструктура связи – антенны, спутниковые терминалы. Кадры центра одновременно боевые операторы и инструкторы: они выезжают на фронт и открывают в секторах локальные школы операторов.

В декабре 2024 года министр обороны Андрей Белоусов объявил о создании отдельного рода войск – войск беспилотных систем. Официально они развернуты в 2025 году, а Rubicon получил статус флагманского формирования. Новый род войск объединить под одним командованием беспилотные подразделения, доктринальную работу и технологические инновации.

Ближайшая цель – создать собственную военную академию. По данным открытых источников, ее планируют открыть уже в 2027 году. Для русской армии это сигнал о переходе от ситуативной адаптации к длительной профессионализации беспилотного боя. CSIS видит в этом полный цикл: выявить рабочие решения волонтеров, сконцентрировать их в элитном ядре, а затем масштабировать в формальных институтах.